Яндекс.Метрика
«Культура» общения: окончание телевизионного сезона - Обзорник

Теленеделя с Александром Мельманом

Телевизионный сезон закончен. Раньше было в моде подводить итоги. Да, сначала сезона, потом года. Ну, про год не знаю, это еще впереди. А вот сезон… Знаете, хочется, как на «Золотой маске»: в данной номинации не победил никто, 1-е место решено не присуждать. Да и вообще никакое место.

Теленеделя с Александром Мельманом

Но это я сгоряча, конечно. Вот сколько буду жить, столько писать, говорить о канале «Культура». Потому что это лучшее, что сделало государство за последние десятки лет. Нам подарили канал для души, для ума, для сердца и совсем без рекламы. Мечта поэта. И телекритика.

Нет, я знаю, вы не смотрите этот канал. Действительно, зачем он вам. Всё бы сериалы смотреть — женские, бандитские, криминальные. Всё бы развлекаться, с Малаховым и без. Всё бы, открыв рот, смотреть этих безумных экстрасенсов… Нет, я опять сгущаю. Конечно, есть замечательные передачи, даже на федеральных каналах. Да и вообще развлечение в телевизоре еще никто не отменял. Оно необходимо как воздух. Не все же Соловьева с Киселевым слушать. И душа порой хочет развернуться, потом свернуться, а порой просто отдохнуть от всего этого вокруг.

Но я все же о «Культуре». Нас таких 1% населения, теперь даже меньше. Мы, «культуристы», выглядим белыми воронами, мы на обочине. Ну и что! Не хотите, не смотрите, потом локти кусать будете.

Так вот, на «Культуре», с моей точки зрения, были лучшие программы, были. Прежде всего это «Наблюдатель», утренний формат. Никаких прибамбасов, шоу, модерна: сидит ведущий, рядом люди. Сидят и говорят. Обсуждают. Думают вслух. О, ребята, как это прекрасно — видеть, когда люди думают. И что думают. Понимать их, чувствовать.

В «Наблюдателе» все ведущие хороши. Но есть Андрей Максимов, вот мастер так мастер. Когда-то много лет он вел «Ночной полет», так оторваться было невозможно. Потом вел культовую программу со Жванецким. И как вел: тонко, тактично, конечно же, никогда не выводя себя на первый план. Но все его наводящие вопросы мэтру — как прекрасная мелодия для флейты.

А в «Наблюдателе» каждая его программа, выпуск — событие. Поверьте, это высший пилотаж — делать из эфира именно событие. Нет, время изменилось, это раньше утром в газете, вечером в куплете, когда после программы «Взгляд», скажем, наутро едешь в автобусе и только и слышишь: ох, что они там говорили! Сейчас не то, все по своим домикам-квартиркам расселись. Да и телевизор к тому же занимает все меньше места в нашей жизни.

Но «Культура» непреходяща, правда. Человек сидит и просто задает вопросы. Просто? Но так, что на него нельзя ответить отмахнувшись, походя. Он, Максимов, чуток, тонок, интеллигентен. Он умеет недоговаривать, недоспросить — тем ценнее будет ответ. Он умеет любить своих персонажей, героев, не стесняется чего-то не знать. Он хочет докопаться до самой сути. Вот поэтому его программы — это шедевры в коллекции ТВ. Поверьте, я нисколько не преувеличиваю и знаю, о чем говорю. Его выпуск про отца Антония Сурожского — духовная проповедь, когда ТВ поднимается над серостью, обыденностью, когда попадает в самое сердце, и душа поет. Вот что такое смысл телевидения — именно подняться над собой, вознестись. И понять, принять. А следующая программа — о юбилее Визбора. Да, можно просто слушать его песни, и зачем тогда слова. Но вот гармония: мы и слушали, и слышали, а они, его гости, говорили, вспоминали. И опять душа пела.

И еще есть одна передача — «Агора» Михаила Швыдкого. Я критически к ней отношусь, да, она не всегда бывает на уровне. Но вот одна из последних в этом сезоне — о военной, лейтенантской прозе, об Астафьеве, Васильеве, Бондареве, Василе Быкове… Там были, о них говорили, размышляли Варламов, Басинский, Бак, артист Борис Галкин… С какой любовью, с каким знанием, с каким оголенным нервом. И сам Швыдкой был на высоте, он тоже все это переживал, но и направлял, и задавал те самые проклятые вопросы.

Вот программы, которые бы я отметил, вот вам «Культура». Мое особое мнение.

ОКО ЗА ОККО

Вы смотрите чемпионат Европы? Я так на одном дыхании. Но мне мешают с недавних пор, не дают полностью насладиться. Казалось бы, все на «Матч», и вот вам футбол высшей категории. Но нет: вдруг два матча четвертьфинала и один — полуфинала оказались на интернет-платформе Окко. Ничего личного, только бизнес.

«Культура» общения: окончание телевизионного сезона1

Слава богу, лучший матч всех времен и народов, скрытый финал Испания—Германия, мы увидели по телевизору. Ох, как болели, переживали! Я — за Испанию. А следующую игру, не менее статусную в 1/4 — Франция—Португалия, — мы в прямом эфире так и не увидели. Да, как говорил Аршавин (а он вообще мастер афоризмов), ваши ожидания — это ваши проблемы. Итак, переходите в Интернет, ребята, там все увидите. А если мы не хотим, не умеем, не можем? Это ваши проблемы.

И вот на «Матче» вместо футбола нам дали одни сплошные разговоры. Ведущий Георгий Черданцев так и сказал: мы вам будем сообщать о самых интересных моментах в ходе эфира. Ну да, весь эксклюзив в этот момент был на Окко.

Сообщать? Про футбол? С чем бы это сравнить-то? Это как секс в презервативе, не пробовали? Вот-вот, никакого удовольствия. Как можно сообщать, когда ты знаешь, что вот здесь и сейчас идет матч, а ты его не видишь?!

Эфир в студии длился четыре часа, даже в двух студиях. После разбора первого грандиозного матча испанцев с немцами Черданцеву со товарищи нужно было заполнять огромную трехчасовую паузу. Сначала нам показали, как в товарищеском матче «Зенит» обыграл лидера чемпионата Аргентины, потом сообщили важнейшую новость о переходе какого-то серба, принадлежащего турецкому «Фенербахче», в итальянскую «Атланту» в аренду. Ох, как это важно на фоне несуществующей Франции с Португалией.

Это было так скучно и невозможно, что я заснул. Проснулся, а у них все те же старые песни о главном. Все те же синхроны с интервью счастливых испанцев и грустного Тони Крооса, сыгравшего свой последний матч за Германию. Мы это уже видели несколько раз, а вот поди ж ты. Эксперты в виде Корнеева, Талалаева и Аршавина уже просто засыпали, но Георгий Черданцев требовал: не спать! «Когда ты уже нас отпустишь?» — взмолился Андрей Аршавин. Но Черданцев требовал разбора полетов, когда после драки кулаками еще машут: была рука у Кукурельи в испанской штрафной или нет? «Ну какой ты хочешь ответ, я все скажу, только отпусти нас», — опять взмолился Аршавин. На что это похоже? «Отпустите меня, Раиса Захаровна» («Любовь и голуби»).

По-моему, это позор, так нельзя работать в эфире. На следующий день опять второй матч оказался на Окко, но на «Матче» нам уже выпустили на арену лучшего шоумена всех времен и народов Дмитрия Губерниева. Он старался как мог да еще Ловчева привел, но это не помогло. Друзья, отдайте уж все в Интернет, так хоть честнее будет. Вот на следующий сезон Лигу чемпионов отдали же.

Ничего личного, только бизнес. Это конкурс, ребята, аукцион: кто первый встал, того и тапки. Кто больше денежку предложит, того и эфир. Тогда глупо на что-то грешить, ругаться. Но я грешу и ругаюсь. Извините за глупость.

КОРОЛЕВА ТЕННИСА

Прошло 9 дней, как из жизни ушла Анна Владимировна Дмитриева. Чудо-теннисистка в молодости, 18-кратная чемпионка теннисного Советского Союза. А потом она стала журналистом, организатором всех наших побед. Их побед, на НТВ+, ибо все лучшие комментаторы страны обязаны ей. Ведь Дмитриева — это такая школа, высшая школа.

«Культура» общения: окончание телевизионного сезона2

Как она комментировала теннис — такое не забывается. Большой теннис: Уимблдон, «Ролан Гаррос», чемпионат Австралии, Америки… Там выступали суперзвезды: Мартина Навратилова, Андре Агасси, Маша Шарапова, Бьорн Борг, Джон Маккенрой, Борис Беккер… Но лучшая из лучших, та, кого все ждали, кого стремились слушать, потому что она поясняла все нюансы игры, — это была именно Анна Дмитриева, в 90-х — королева тенниса, побеждавшая словом.

Она была так интеллигентна, так мила. Да и мужья у нее были чудо что за мужья: первый — внук Алексея Толстого, второй — внук Корнея Чуковского.

Особая женщина, особенный человек. Светлая память.






Источник www.mk.ru



от admin